История о том, как мать пятерых детей из Воронежа незнакомец в Париж отправил

До сих пор имя благодетеля неизвестно…

Жительница Воронежа Лила Пономарёва жила со своими пятерыми дочками-сыночками в жёстком графике многодетной матери. Нельзя сказать, чтобы она мечтала о Париже. Мечтают о чём-то, что хотя бы на мизерный процент может сбыться, а тут… Париж она любила, но любовью безнадёжной.

Случилось это в мае 2015 года. Я, многодетная мама, ехала с работы. Пройдя пешком до Кольцовского сквера, еле втиснулась в маршрутку. С рядом стоящим мужчиной мы буквально висели на подножке. Пытаясь вытащить 17 рублей из кармана, я выронила звонящий телефон. Его поймал попутчик, и далее по громкой связи мы слушали уже вместе с ним голос человека из какого-то турагентства. Сообщалось, что на моё имя, якобы, поступил сертификат на сто тысяч рублей. Мой «близкий» пассажир и я переглянулись.

— За многодетных взялись! – не смогла скрыть своего возмущения.

— Раньше ветеранов и пенсионеров так обманывали. Мошенники меняют схемы, дураков всё меньше, – поддерживал меня незнакомец.

Я тут же вспомнила, какими ещё не хитрыми способами пытались одурачить моих знакомых.

— Вы зря тратите своё время, – решительно, но без нервов, сказала я звонившему, – и говорить мне сейчас с вами совершенно не удобно. Я в транспорте». Голос на том конце был спокойный и совершенно интеллигентный. Да и дерзить при свидетелях даже мошеннику было неловко.

Тот же голос перезвонил мне ровно через час с тем же предложением – прийти и забрать свой сертификат на поездку. Путешествие предполагалась в Париж, в период с июля по конец сентября.

– Понимаю, вам страшно, вы можете отказаться. Но всё-таки есть шанс оказаться на неделю с любым из ваших пятерых детей в Париже. Всё расходы будут оплачены.

И я подумала, что схожу. Честно говоря, мне не очень везло по жизни, и чуда я не ожидала от слова «совсем». Наведаться в турагентство решила, скорее, с желанием посмотреть в глаза этому проходимцу с интеллигентным голосом. «Пойду и накрою это бандитское логово!» – выбор мой был очевиден, не оставлять всё это вот так, не дать этим людям облапошить кого-то ещё.

Турагентство располагалось в самом центре города. На всякий случай предупредила близких, куда и во сколько иду.

 Всё что я слышала и видела впоследствии, никак не подтверждало моих опасений, но было так не похоже на мою реальность, что заставило бояться ещё больше. Когда сотрудники предложили путевку на неделю, первый мой вопрос был – «А можно на поменьше?» Удивились, но переделали срок поездки на 5 дней. Мне было так страшно, что я, ещё не оказавшись за пределами России, уже хотела поскорее оказаться дома. Я сказала, что денег на загранпаспорт у меня всё равно нет, так как всё ещё думала, что меня хотят развести на какой-нибудь большой кредит в банке. Ответ: ничего страшного, вам всё оплатили.

Сами туроператоры были удивлены, что всё как-то удачно складывалось. Ехать я могла только со 2 сентября по 7 сентября, так как у нас было две оплаченных экскурсии и 300 евро на сувениры.

Всему этому стоило бы очень удивляться, но больше всего меня растрогала переданная карточка «Тройка» с определённой суммой на ней, чтобы я с ребёнком могла доехать на экспрессе от ж\д вокзала до аэропорта. Именно в этой «Тройке» я увидела совершенно неформальное отношение к подарку и стала чувствовать большую ответственность кого-то незнакомого и доброго за всё происходящее. Именно до этого момента, я всё ещё сопротивлялась всему и очень злилась на этого таинственного благодетеля.

Париж – никому и никогда не озвученная мечта. Кто стоял за всем этим, мне так и не сказали. Один раз только любопытство девушки, передававшей мне карточку, взяло верх.

— А вы точно не догадываетесь кто этот мужчина?

— Это мужчина? А как он выглядит?

— Ой, нельзя ничего говорить! Это его условие.

Тайна осталась неразгаданной. Уж как я не пытала своих друзей и знакомых, с каких только сторон не заходила, пыталась обхитрить, даже угрожала немного. Все в один голос отнекивались и отговаривали от поездки. Это мошенники – откажись! Поддержал меня только мой тренер. «Езжай, — говорит. Расскажу где там поесть подешевле».

Из пяти моих детей выбор пал на Савву. Остальные поддержали моё решение. Он застенчивый и самый скромный среди нас. Сердечный и очень надёжный.

Несколько раз в Париже сын выручал меня с языком, хотя в дело коммуникации шло всё: немецкий, французский, английский, язык жестов и широкие русские улыбки.

О самом Париже напишу немножко. Вообще, всё это было похоже на то, когда рыбу, наконец-то, выпускают в воду. С самого начала, с аэропорта, всё во мне расправилось и задышало. Я ни разу не запуталась, я почти всё время почти бежала. С нами всё время кто-то пытался заговорить, кто-то шутил со мной в метро, кто-то махал нам рукой с другого берега Сены. Савву очень всё это удивляло.

На вокзале, в центре зала стояло пианино, и там всё время кто-то подходил поиграть.

Брусчатка на улице. Я каждый раз, когда выходила на улицу, трогала её руками. Какая-то в этом невероятная опора для меня была.

Очень разнообразно и со вкусом одеты люди. Красивые огромные старинные двери, узкие улочки, люди за разговором на стульчиках перед кафе, огромное количество мостов. У меня вообще страсть ко всему, что соединяет. Музей де Орсе, базилика Сакре-Кёр, Нотр-Дам-де-Пари, катакомбы Парижа (это нечто!), церковь Сен-Жермен-де-Пре, Марсово поле, Монмартр, башня и много всего прекрасного мы успели посмотреть.

Каждое утро, пока Савва ещё спал, я убегала за несколько кварталов – просто пройтись ещё раз по какой-нибудь улочке, надышаться красотой и свободой. Часть денег мы потратили на метро, а остальное на подарочки для друзей, которые остались в Воронеже с моими детьми.

В аэропорт мы приехали намного раньше, и ещё там успели погулять… пока в какой-то момент я не услышала, как по громкой связи объявили: «Мадам и месье Пономаревы вас ожидают…». Наш самолет вылетал через 3 минуты. И были три этажа с эскалаторами, и так я больше никуда и никогда не бегала. У стойки нас ждали стюарты. Мы не вошли, мы влетели в самолет, паспорта у нас проверяли уже в салоне. За нами закрыли двери, и самолет тут же поехал по взлётной полосе.

Меня отпаивали красным до самой Москвы, так хотелось всё это счастье довезти до Родины. Но уже потом, даже не в Москве, а значительно позже, когда весь этот новый опыт стал встраиваться в мою картину мира, мне было тяжело.

От пережитого контраста между моей обычной, достаточно напряженной жизнью и парижской прогулкой. Все мои иллюзии, что я когда-либо в принципе, вырастив детей, могла бы САМА оказаться в Париже неизменно рассыпались.

Я переживала чудо, что это всё-таки произошло. И это простое осознание меня очень сильно потрясло. И ещё я впервые для себя узнала, каким сильным может быть накопленный голод по красоте и свободе. Как будто не одно поколение желало, а мне удалось!

Ужас и красота всего произошедшего меня ещё долго догоняли. Вся эта поездка, возвращение – сильно на меня повлияли. Сейчас, конечно, остались только приятные воспоминания, большая благодарность и трепет от этой истории.

По-моему, только в этом году я перестала беспокоиться о том, что так и не узнаю имени этого человека, смогла это принять и оставить эту историю с глубоким теплом в своём сердце.

Мы напоминаем, что ждём от вас историй о Случаях бытового добра в соцсетях журнала. Это не обязательно должен быть такой же широкий поступок, как история выше. Любые проявления помощи другому человеку – это к нам. Давайте вместе культивировать добро!

Масштаб этой истории поменьше, но смысл тот же: 

Жительница Старого Оскола опубликовала в соцсети крик души и получила сюрприз от воронежца

Париж – наш! Воронежцы рассказывают о любви к «городу любви»

Подписывайтесь на наш телеграм