Гиппократ не даст соврать

1Автор этого дневника – врач анестезиолог-реаниматолог из больницы «Электроника» Денис Савуков. Медицинский стаж «за 10 лет» позволит рассказать ему истории о своих буднях в белом халате, во время которых приходится сталкиваться с самыми разными людьми и ситуациями, а многогранная натура – о жизни вне больницы.

Из записок этого специалиста мы сможем узнать о природе появления стереотипов о врачебном цинизме, о том, насколько легко влиться в столь тяжелую и ответственную профессию, как на практику влияют действия и слова пациентов.

Денис много расскажет и о той части своего бытия, которая, казалось бы, не касается профессиональной деятельности. Но это только кажется. Уже из первой записи становится понятно, что у врача-практика нет дней, которые так или иначе не связаны с его работой.

29.07.2015

1. Профессия = жизнь.

ДЕТСТВО

Не могу сказать, что хотел стать врачом вот прямо в состоянии эмбриона. Начиная лет с семи, была мечта стать энтомологом. Это выражалось в огромных настенных коллекциях насекомых, собранных собственноручно, и самостоятельном выведении бабочек от стадии гусеницы до имаго, и бесконечных походах по полям-лесам в поисках какого-то определенного вида.

Мать записала меня во все возможные и невозможные библиотеки, выписывалось множество тематических журналов. Наверняка, приходилось жертвовать чем-то другим, не помню, чтоб мы жили роскошно.  В общем, детство у меня было довольно тематическим и счастливым.

9

Годам к 10 я мог чуть ли не слёту назвать семейство и конкретный вид насекомого, чем немало шокировал родительских приятелей – они явно считали меня тихо повёрнутым ребенком. А вот сами родители меня всячески поддерживали в начинаниях: покупали кучу книг, атласов-определителей и другой литературы. Совершали со мной регулярные походы в краеведческий музей. Отец тогда работал на шахте, как и многие жители Донецка. Работа – явно не сахар. Приходил с работы в 5-6 вечера, ел и шел со мной на трех- четырехчасовые прогулки на природу. Теперь понимаю, чего это ему стоило, ну, а тогда я просто ждал его прихода с работы…

1

Из врачей в семье была только бабушка по материнской линии – она была заведующей гинекологическим отделением в небезызвестной нынче Авдеевке. Будучи человеком довольно жестким, о работе рассказывала мало, и я мог слышать лишь какие-то отдельные моменты из «будней врача».

ОТРОЧЕСТВО

Лет в 13-14 начались, как и положено созревающему организму, метания в поисках профессии и себя. Диапазон был довольно широким: от военно-морской академии, до коммерческой деятельности. Ну, кто же из пацанов не мечтает о море? А коммерческая жилка во мне была, есть и умру я, наверное, тоже с ней. Не считаю это плохим качеством у людей. Но уже тогда в «списке», безусловно, фигурировала профессия врача. Решение было принято уже к окончанию школы, и я рад, что это решение было более-менее осознанным, если можно так говорить о человеческих поступках в 17 лет.

ЮНОСТЬ

Заканчивал я Донецкий мединститут им. М.Горького. И происходило это в «лихие девяностые».

Тогда менялось всё, и каждую минуту и было некое ощущение вседозволенности. Ну, а в студенческой, да еще и в медицинской, среде – тем более. Не смотря на то, что у меня были возможности, о которых приезжие студенты только мечтали – а именно квартира в Донецке с тишиной, душем и телевизором, я уже, практически с первого курса, перебрался в общагу.

4Помню, как родители были против. Но я втихаря выписался из квартиры и получил заветную прописку и пропуск в общежитие, о чем никогда не пожалел.

Это была возможность реально оценить себя не глазами любящих родителей, а через восприятие подобных себе. Ты действительно понимаешь, кем являешься, и как правильно вести себя с людьми.  Небезызвестный цинизм врачей начинает формироваться именно на этом этапе: тут и взятые «в аренду» на кафедре черепа для изучения отверстий, и подсовывание иностранным студентам различных «сюрпризов» (оставил в анатомичке на спинке стула одежду – получи в карман подарок) и другие специфические шалости.

Кроме того, это неплохая школа борьбы за «место под солнцем». Это и старшекурсники, к которым ты попадаешь на подселение в комнату, как в камеру к «блатным». И вечные поиски еды: деньги, как правило, улетают в первые два дня после выходных, и остается только пара банок тушенки человек на шесть + мелочь на сигареты…

Прекрасно помню, как подряжались резать кур в ближайшем «гамбургерном» ларьке рядом с институтом. Тогда мы вернулись в общагу мега-крутыми: нам заплатили «натурой» в виде полного мешка кур. Живых! Можете представить себе зрелище: в мешке были проделаны отверстия, куда куры высовывали шеи и вертели головой. Потом эти особи еще дня 3 кудахтали по коридорам общаги, за что мы были преданы анафеме комендантом общежития и чуть не выписаны. Но, жители почти целого этажа, которых мы спасли от голодной смерти, отстояли наше право жить в казенном студенческом доме.

ПЕРВЫЕ ЧУВСТВА…

Учеба в нашем вузе (да, наверное, как и во многих других) имела свой «экватор» – госэкзамены после третьего курса в количестве пяти за сессию. Это был ад. Особенно учитывая, что нужно было сдавать фармакологию (это что-то сродни «сопромату» в технических вузах).

Три года в наши не всегда трезвые головы усиленно вбивалась теоретическая база: гистология, анатомия, физиология и много-много чего еще. И вот знание именно этой теории после третьего курса пришлось подтверждать. Перерывы между экзаменами были в неделю-полторы и, естественно, не всегда использовались по назначению.  Это, пожалуй, единственный период студенческой жизни, который мне вспоминать не всегда приятно.

6

А вот после третьего курса все пошло куда легче. Началась практика или, как у нас это называлось, «циклы». Целый месяц идет практика по хирургии,  а потом – целая неделя онкологии ну и так далее.  И вот, с этого момента, пожалуй, можно было уже сказать, кто есть кто. Не обязательно в плане будущей специальности. Первые три курса можно было зубрить. Можно было это делать продолжать и дальше, но, как бы это сказать… если нет «чувства профессии» – это не корректируется учебой.

ОТ ТЕОРИИ К ПРАКТИКЕ

Я считаю, что есть большая разница между «ощущать себя врачом» и «ощущать себя специалистом». Именно в этот момент происходит деление на будущих практиков и теоретиков.

Например – мой друг Максим, светлейшая голова и просто замечательный человек, с самого начала был повернут на травматологии. Спал и видел, как говорят. Уехав в Екатеринбург, на свою родину, после окончания учебы, работал в довольно крупных больницах серьёзного уровня. Так вот его, чуть ли не насильно, руководство заставило защитить кандидатскую диссертацию.

Прекрасно помню его слова «Мне это не нужно. Это просто другие бумажки и таблички на кабинетах. Я хочу оперировать, а это все – фигня…».  Вот – эталонный вариант врача. Бесспорно, и диагносты, и … все нужны и важны. Но врач, по моему мнению, обязательно должен быть ПРАКТИКУЮЩИМ. Даже если ты тренер (БЫВШИЙ футболист или не футболист вообще), ты важен, жизненно необходим, и без тебя ничего не получится… Но ты – не футболист, который забьёт, в результате, гол.

Возвращаясь к разговору, скажу, что именно практика расставляет все на свои места. Ведь практика, по существу, – это усложненный вариант теории, когда нужно применять знания в сочетании с навыками, одним словом, умение работать одновременно руками и головой.

Многие мои знакомые, как раз из институтских «гуляк» и довольно разбитных личностей, стали отличными практиками.

Почему-то – именно они, а не «краснодипломники с большим будущим», о которых сейчас даже не слышу…

КЛИН КЛИНОМ

Сталкиваясь на практике с реальностью, ты сталкиваешься и с проблемами, о которых даже не подозревал. Я, например, абсолютно спокойно присутствовал на всех операциях,  сам выполнял какие-то манипуляции, без всякого отвращения ходил в «анатомичку».

11857577_1616061975349469_1299168914_nНо, неожиданно для себя понял, что абсолютно не могу со стороны смотреть на пункции суставов или спинно-мозговые пункции.  Просто тихо терял сознание и громко падал. Причину не могу понять до сих пор, хотя, на уровне психоанализа докопаться, наверное, было возможно. Сейчас вспоминаю тот период с ужасом: ты понимаешь, что твоя работа будет связана часто именно с этим, но ничего не можешь с собой поделать. И как работать? Или бросать институт?

В течение пары месяцев (у нас тогда, как раз, был цикл хирургии) я принципиально ходил в манипуляционные, где делали именно пункции. Все происходило, как в песне Л.Фёдорова («АукцЫон») – «…я ходил и падал, ходил и падал, ходил и падал…».  В результате своего добился – мой мозг просто «привык».  Как только это произошло, я сделал следующий, довольно трудный для меня шаг – я стал учиться выполнять именно эти манипуляции сам. Помню, как колотило, когда входил в манипуляционную… Но, слава Богу, через какое-то время привык и к этому.

ПРОФЕССИЯ – ВНУТРИ

Уже потом, со временем, я понял, что медицина – область деятельности, в которой приходится себя преодолевать практически постоянно. Это и необходимость отложить в сторону абсолютно любые свои проблемы и сконцентрироваться на работе, и спокойное отношение к неадекватному поведению пациента или его родственников,  умение не обращать внимание на крики и боль, потому что иначе просто не помочь. Наконец, просто заставляешь себя по-другому смотреть на смерть, потому что по-другому ты просто свихнёшься. Ты контролируешь своё мышление, поступки, действия, и неизбежно это становится твоей жизнью, становится тобой.

ОТКУДА ПРИШЕЛ ЦИНИЗМ?

Но иначе – ты не профессионал. Это не пафос, поверьте. Было бы это так – не было бы во врачебной среде такого количества людей «употребляющих» или просто «перегоревших». Не было бы мнения, что все врачи – циники. Это – не просто цинизм, это – защита. Защита своей психики и защита, помогающая оградить пациентов от своих эмоций и неправильных решений, как следствие.

В последнее десятилетие так называемый «врачебный цинизм» – это  защита еще от одного фактора, недавно появившегося и довольно активно внедряющегося посредством СМИ. А именно – преподнесение профессии врача как некоего халатного персонажа. Ему регулярно повышается зарплата, создаются все условия для работы и отдыха, предоставляются различные социальные блага и льготы, но работать лучше он не желает, ибо насквозь пропитан духом коррупции и покрыт толстым налётом безграмотности.

ВРАЧ – РВАЧ?

На данный момент времени, по моему мнению, система здравоохранения в нашей стране абсолютно не жизнеспособна, она просто себя изжила. 90% все новых законопроектов и  реформ имеют под собой исключительно коммерческую основу и являются выражением интересов только определенной категории населения.  В реальности ухудшается положение и работников данной сферы и пациентов.

Люди не могут не понимать и не чувствовать этого на себе. Поэтому требуется объяснение. Примитивное и устраивающее большинство.  Не нужно думать, не нужно вдаваться в подробности – «виновники» найдены и регулярно подбрасываются свежие «факты», подтверждающие эту «виновность». И тут же, в противовес, – активно освещаются факты улучшения условий труда. Например, регулярное повышение заработной платы врачей. Это ситуация, когда кладут в один карман (повышение зарплаты на 10%, например) и тут же забирают из другого (снимается оплата «ночных», «интенсивности», «стажевых» и т.п.). Но о второй части сего действа просто «забывают» упомянуть в СМИ.

Многие мои знакомые просто не верят, когда я озвучиваю, сколько зарабатываю в месяц, ехидно улыбаются и отпускают шутки типа «Может скинуться тебе, скромный ты наш?..». И вот тут я понимаю, что все старания СМИ прошли не зря, работает на ура.

ЕСТЬ ЛИ ЖИЗНЬ ПОСЛЕ БОЛЬНИЦЫ?

11846468_1616064422015891_888588587_n (1)На имидже профессии врача негативно сказываются и телевизионные клоунады а ля «Жить здорово» Елены Малышевой. Кстати, я в реальности видел съемки одной из её программ в ЦРБ г. Углич, когда больше половины медперсонала были заменены актёрами. Всё это ничего общего, кроме хирургических костюмов, с нашей работой не имеет, но общественное мнение формирует.

Многих подобная ситуация заставляет просто разочаровываться в профессии – не выдерживают. Ни в коем случае не осуждаю. Жизнь у всех одна, семьи требуют времени и материальной стабильности. Хочется жить, как принято показывать в отечественных телесериалах – у всех 12-комнатные квартиры, автопарк и регулярные поездки на Бали. Это – типичные представители «среднего класса» в России. И у многих специалистов действительно получается, слава Богу. Уходят и в бизнес и в коммерческие клиники, страховые компании, консультантами в юридические организации. Да вариантов не так мало, на самом деле, выбор есть всегда.

СЕСТРА, АНДРЕНАЛИН!

Я часто представляю себе, где бы хотел работать, кроме больницы. Часто думаю, чем буду заниматься на пенсии. Скажу максимально искренне – не представляю себя без своей работы.

В этом отношении очень показателен период отпуска (а их у нас, в силу профессиональных вредностей – аж два в году). Первые 3-4 дня у тебя просто ощущение, что ты должен был что-то сделать, но вместо этого «прогуливаешь». Какая-то смесь чувства вины и беспокойства. Ну, а потом начинается, видимо, то, что называют «адреналиновой ломкой» (поверьте, адреналин в нашей специальности продуцируется организмом в промышленных масштабах  ) – ты начинаешь искать себе занятия, хоть как-то связанные с риском, эмоциональными мини-стрессами. Замечал по себе, что даже стиль вождения меняется, начинаешь просто «гонять».

Не помню, чтоб у меня портилось настроение из-за того, что «завтра суббота, а мне на работу в «сутки»». А вот когда у тебя проблемы – работа выручает здорово.

Я уже говорил ранее, что на работе постепенно учишься откладывать свои проблемы в сторону. Со временем это происходит просто автоматически как-то. Так вот, когда эти проблемы полежат немного там, в стороне, когда к ним возвращаешься после работы, смотришь на них уже по-другому. Видишь другие пути их решения.

ПОМОТАЛО

Кроме того, мне везёт. Везёт на коллективы, в которых приходилось работать, а работал я и в разных регионах: Свердловской и Ярославской областях, теперь, вот, Воронеж, и в учреждениях разного уровня: были и ЦРБ, и даже тюрьма. И вот, опять-таки, в подтверждение ранее сказанного о моём отношении к всевозможным реформам и государственным программам в сфере здравоохранения: в отделениях, где люди действительно работают всерьёз, где работы много, она трудная и приносит реальные результаты – атмосфера в коллективе более, чем позитивная.

Люди стоят друг за друга горой, готовы помочь всем, чем помочь в состоянии, им просто не до склок и сплетен. Но есть притянутые за уши «проекты», где всё решает статистика, а реальные показатели и результаты не так уж и важны, там все иначе. Приходилось работать и в таком «Центре» – интриги, «подсиживания», регулярные походы к администрации с «докладом»… Иногда мне казалось, что персоналу работать просто некогда.

ВАЖНОСТЬ МУЖСКОГО ПЛЕЧА

Сейчас, слава Богу, у меня есть возможность работать в коллективе, где мне комфортно, где я могу учиться у коллег, куда я могу приходить без мысли «Что и кому нужно сказать, чтобы получить то-то и то-то…». Я не собираюсь петь оды. Есть моменты на месте, которые я бы хотел изменить, если бы была возможность.

Например, увеличить мужскую составляющую сотрудников отделения. Не уменьшить женскую, а именно увеличить мужскую. Не секрет, что в мужском коллективе работается легче. Но, опять-таки, и тут мне повезло, заканчивается интернатура у молодых докторов, работающих в нашем отделении и, в скором времени, мужчин-врачей станет больше. Причем – врачей толковых.

ПРИЗВАНИЕ ИЛИ БИЗНЕС?

Иногда приходится слышать от врачей со стажем, что, мол, нынешним молодым докторам ничего не нужно, учиться не желают,  не заинтересованы в работе за низкую заработную плату, к работе относятся несерьёзно.  Не соглашусь категорически. Люди, в большинстве своём, во все времена одинаковы.

Были и будут те, у кого желание работать есть, и это действительно «его призвание», будут и те, кто и те, кто оказался в профессии случайно, ошибочно или по выбору родителей.

Первые будут работать, вторые, скорее всего, уйдут либо в более «лёгкие» специальности, либо, уж извините за откровенность, на руководящие должности. Не секрет, что многие поступают в медицинские вузы, уже имея прекрасный семейный «бизнес-проект» своего блестящего будущего.  Ну, о них не будем – неинтересно. Вы их и так часто видите, на отечественном ТВ.

СПЕШУ ЖИТЬ

Не смотря на то, что работа – это большая часть меня, живу, естественно, не только ей. Есть много увлечений, задумок, планов. Иногда думаю: «Эх, успеть бы хоть половину осуществить!» . Не принято об этом говорить, но средняя продолжительность жизни мужчины врача анестезиолога-реаниматолога в России – 47 лет.  Поэтому – спешу.

11После переезда в Воронеж было какое-то оцепенение некоторое время. Я не первый раз меняю кардинально место жительства, но с возрастом становится всё тяжелей. В результате вышло  так, что на данный момент вся моя семья – это любимый пёс Фидель.

На самом деле в родословной его имя звучит совсем иначе, но в переводе с латыни, которую знают все доктора, «Фидель» переводится как «верный».  Очень подходящее имя для собаки, понравилось – назвал. И какая разница, что там в родословной. Собаки у меня с детства. Не представляю свою жизнь без них.

Рыбалка. Как врач могу сказать, что это – «диагноз», а не просто хобби. Чем больше ей увлекаешься, тем больше понимаешь, что это целая философия. Не случайно существует столько её разновидностей: спиннинг, фидер, поплавок, нахлыст. Каждый подразумевает обладание у рыбака подходящего темперамента, образа мышления, физической формой.

Очень рассчитываю,  что со временем блог станет не просто «блогом врача», хотя, безусловно, данная тематика постоянно будет присутствовать. С удовольствием буду делиться своими мыслями. Задавайте вопросы – скромные и не очень. Буду рад общению.